Новые правила охоты ограничили добычу водоплавающей дичи для жителей северных регионов

По мнению архангельских ученых и представителей законодательной власти региона, некоторые пункты документа дискриминируют права местного населения приарктических территорий. Правилами запрещена спортивная и любительская охота на водоплавающих птиц на расстоянии 15 км от береговой линии морей Северного Ледовитого океана и на островах этих морей.

Это существенное ограничение, касающееся традиционного уклада жизни северян, проживающих в Архангельской и Мурманской областях, НАО и других северных регионов.  

Исключение было сделано для коренных малочисленных народов Крайнего Севера, Дальнего Востока и Сибири и лиц, которые к этим категориям не относятся, но постоянно проживают на этих территориях, а охота является  для них основным источником существования. Парадокс, однако, заключается в том, что не существует  таких законодательных актов, которые бы чётко регламентировали  статус охоты в жизни гражданина – главный это или второстепенный источник существования. Интересен и другой момент, который касается наших беломорских соседей. Ограничения удивительным образом не затронули Карелию.

Разумеется, архангельские охотники, как и жители других северных регионов, для которых охота является частью образа жизни и одной из возможностей получать экологически чистое мясо птицы, такую законотворческую инициативу, мягко говоря, не одобрили.

Вопросов к правилам и их составителям много. Один из самых существенных – насколько принятые решения были обоснованы с научной точки зрения? По мнению архангельских ученых, правовые ограничения охоты на водоплавающих птиц в Поморье и НАО не соответствуют биологическим закономерностям.

Где логика?

В новых правилах запрещается добыча птицы в местах ее гнездования. Значит, предпосылкой к законотворческой инициативе стал тезис о том, что охота якобы ухудшает условия гнездования птиц, их размножения. Охота у нас может вестись в весенний и осенний периоды. Причем весной – в мае –  охотникам отводится всего 10 дней.

Исследования миграции водоплавающих птиц в Архангельской области и НАО проводит лаборатория биоресурсов и этнографии Федерального исследовательского центра комплексного изучения Арктики Уральского отделения Российской академии наук. Ее заведующий Владимир Ануфриев отмечает, что возвращающиеся весной гусеобразные не заселяют все приарктические территории одномоментно, поскольку прибрежная полоса морей делится на разные климатические зоны. Условно говоря, зима отступает с запада на восток. И устанавливать одни и те же правила для разных климатических зон – не корректно.

Ученый приводит в пример исследования в районе ненецкого поселка Варандея, где весенняя охота заканчивалась 25-26 мая, а гуси и утки приступали к массовому гнездованию только 26 июня – через месяц после закрытия охоты. То есть период охоты не охватывает период гнездования.

Другой биологический аспект – глобальное изменение климата. Для развития природных экосистем в Арктике сдерживающим фактором являются низкие температуры, но мерзлота из-за потепления постепенно деградирует.

– Стала повышаться продуктивность водоемов – увеличивается биомасса водной растительности и  беспозвоночных, – объясняет Владимир Ануфриев. – Так как многие виды водной растительности и фауны служат кормом для водоплавающих птиц, это благоприятно сказалось на состоянии популяций гусеобразных: численность казарки, гусей и уток растет. Поэтому для меня, как для биолога, в появившихся ограничениях нет логики.

Ученый отмечает и другие несостыковки закона и биологии.  Например, ситуация с гусем-гуменником, который делится на западный и восточный подвиды.

Согласно учётным данным, численность западного тундрового гуменника составляет около 700 тысяч особей, и она продолжает расти. А вот восточные подвиды гуменника, суммарная численность которых в XX веке доходила до  миллиона особей, ныне насчитывают лишь десятки тысяч. Он нуждается в срочных мерах охраны. Примерно так же обстоят дела и с численностью белолобого гуся. Обилие этого вида в Западном секторе Арктики продолжает расти, в Восточном – стабильно или сокращается.

– Численность западного гуменника растет, а восточного – катастрофически сокращается, – констатирует Владимир Ануфриев. – А мы закрываем охоту в западном секторе, где популяция растет, а в восточном, где сокращается, – разрешаем. С точки зрения биолога в этом нет никакой логики.

Реакция последовала

После вступления новых правил в силу по северным регионам прокатилась волна возмущения. На ситуацию отреагировали депутаты Архангельского областного Собрания. Вопрос был вынесен на февральскую сессию.

Зампредседателя комитета по вопросам бюджета, финансовой и налоговой политике Михаил Кисляков подчеркнул, что на территории Архангельской области и НАО для жителей прибрежных населенных пунктов охота является средством добычи пищи, а введенный запрет ущемляет права охотников-любителей, постоянно проживающих вдоль береговой черты морей, в сравнении с правами коренных малочисленных народов Севера. Такой запрет может повлечь конфликтные ситуации с охотпользователями и привести к росту числа браконьеров среди ныне законопослушных охотников.

Депутаты областного Собрания подготовили обращение к министру природных ресурсов и экологии РФ Александру Козлову о необходимости внесения изменений в приказ «Об утверждении Правил охоты».

Проявили активность ученые и общественники Поморья. Они внесли  замечания и предложения на специальном сайте Правительства РФ. Отрадно, что реакция уже последовала. В тексте правил, размещенном на этом онлайн-ресурсе, появились некоторые изменения.

– Если прежде в пункте 62.32 запрещалась охота на водоплавающих птиц на островах Северного Ледовитого океана, то теперь появилось уточнение: запрещается охота на гусей на островах Колгуев и Вайгач. Речь о белолобом гусе и гуменнике.  Следовательно казарку, численность которой очень быстро растёт, и уток (весной – селезней уток) добывать уже можно, – отмечает Владимир Ануфриев. По мнению ученого, и этот, уже изменённый,  пункт необходимо дополнить текстом «за исключением коренных и малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока и лиц, которые не относятся к этим категориям, но постоянно проживают на данной территории». 

Появилось уточнение и в другом пункте – 62.33. Из него исчез усложняющий жизнь северян пассаж, «для которых охота является основой существования». Сейчас запрещается охота на водоплавающих птиц в 15-километровой зоне от побережья, за исключением коренных и малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока и лиц, которые не относятся к этим категориям, но постоянно проживают на данной территории. То есть местным жителям, получается, охотиться все же будет можно. Правда, тут стоит подчеркнуть, что обратные изменения еще не вступили в силу. 

Стимул для северянина

В Архангельске неоднократно проводился Международный форум «Арктика – территория диалога», в котором участвовали самые известные представители властных структур, бизнесмены, ученые. Одной из центральных тем, касающихся внутренней российской политики, всегда был вопрос о том, как удержать жителей на северах, какие меры стимуляции нужны, чтобы народ не переезжал в центральные и южные регионы.

Конечно, организаторам стоило бы пригласить на следующий арктический форум разработчиков новых правил охоты. Они, очевидно, не в курсе, что рыбалка, охота, сбор ягод и грибов всегда были неотъемлемой частью быта северян. И так уж сложилось исторически, что до сих пор это является стимулом жить в не самых благоприятных климатических условиях.

Ну и, конечно, прежде чем принимать такие решения, нужно иметь в виду мнение регионов – ученых, политиков, бизнеса и простых местных жителей.

Константин Светлов

Главное за неделю

Перейти ко всем новостям за 22 марта 2021 г.