Врач для металла

До чего дошел прогресс! Умные приборы насквозь просвечивают не только наши органы, но и металл. Подсказывают, в каком он состоянии. Помогают избежать беды.

Строго по инструкции

Инженер-технолог технического отдела завода «Красная Кузница» Евгений Василенко с детства мечтал летать. После школы крепкий здоровый парень даже поступал в Киевский институт гражданской авиа-ции, но подвел снимок пазух носа…

Друзья уговорили подать документы на лесоинженерный факультет АГТУ. Закончил его, но проектировать и строить лесные дороги молодому инженеру Василенко не пришлось.

В 90-е годы в ЛПК региона начался кризис. Квалифицированные специалисты оказались не у дел. – В 1999 году я устроился на Соломбальский ЦБК. Десять лет освидетельствовал газовые баллоны на кислородной станции. Работа рутинная. Все делаешь строго по инструкции. Химическое производство не терпит никакой самодеятельности, – рассказывает Евгений Васильевич. – Меня, бывает, критикуют, что я строго по инструкции работаю, а как иначе?!

Позже, уже на «Красной Кузнице», привычка скрупулезно следовать инструкциям очень пригодилась будущему дефектоскописту.

Учился у Спиридоныча

– На кислородной станции я познакомился с Алексеем Спиридоновичем Бруско, основоположником всей экспертизы в Архангельске. Спиридоныч – молодец. Высоты не боится. Может залезть на паропровод. Под ним поезд идет, а он спокойно проверяет состояние трубопровода на Кузнечевском КСКМ. Алексей Спиридонович стал для меня учителем в области экспертизы. С ним мы походили по котлам, насиделись в них. А как иначе? Как обследовать котел, если не знаешь его изнутри?

Эксперт по металлу – как доктор. Должен знать все трещинки и болячки, чтобы не допустить дальнейшей коррозии и разрушения металла. А чтобы верно провести техническое диагностирование, сколько всего нужно знать! Устройство и нагрузку конструкций, стандарты, инструкции, методики… И ошибиться тут нельзя…

– Очень важно до того, как судно вышло в море, определить  остаточную толщину металла, исключить все внештатные ситуации, – будто читает мои мысли инженер-технолог Василенко. – У металла рано или поздно заканчивается свой ресурс, срок службы. После этого мы проводим не освидетельствование, а более углубленное экспертное обследование.
И решаем: безопасна или нет дальнейшая эксплуатация детали, баллона, крана, корпуса судна. Это касается оборудования, установленного на кораблях и судах ВМФ. Насколько можно ее продлить – на четыре года или на год, а то и на полгода. Бывает, что и вовсе забраковываем, «забиваем» паспорт – и на металлолом.

«Пациент» – «Давид Пашаев»

С 2011 года Евгений Васильевич работает на «Красной Кузнице». Он специалист высокого класса по неразрушающему контролю. Не вдаваясь в тонкости процесса, лишь отметим, что у неразрушающего контроля много разновидностей, а главная его цель – не разрушая корабль, аппарат или котел, исследовать металл на прочность специальными, в т. ч. ультразвуковыми, приборами.

Для наглядности напрашиваемся в док, чтобы на месте лицезреть работу дефектоскописта. Нам выдают каски, а Евгений Василенко надевает на шею умный приборчик – ультразвуковой толщиномер. Он измеряет толщину стали, используя эхометод.
«Пациентом» врача по металлу стало пассажирское судно «Давид Пашаев». Сейчас на нем путешествуют туристы по Белому морю, а раньше оно обслуживало геологов.

Для акустического контакта Евгений смазывает металл специальным гелем (совсем как в кабинете УЗИ), подносит датчик (как у стетофонендоскопа) и смотрит на экран прибора, на котором появляются цифры. Позже дефектоскопист занесет их в планшет, составит таблицы, сделает технические выводы.

– Если требуется, мы ищем скрытые трещины, например на баллонах. Для этого применяем специальные методики. Металл с трещинами при высоком давлении начинает потрескивать, – объясняет инженер-технолог. – Хорошие приборы «видят» металл и через покраску, что очень важно. Представьте, если бы на «Диксоне» при обследовании тысячи точек пришлось бы снимать краску. Снова его красить – дорогое удовольствие.

На помощь приходят роботы

На проверку одного большого судна, бывает, уходит и четыре дня. Даже при минимальном осмотре судна «доктору по металлу» нужно обследовать 700 точек, то есть 700 раз прикоснуться, как доктор, прислушаться к металлу. При более углубленном контроле – и тысячу раз. А точки эти – в самых разных местах огромной махины. Дефектоскописту приходится поползать по кораблю.
И Василенко ползает, поднимается на подъемниках, дотошно делает замеры, как того требует инструкция, чтобы получить достоверную информацию о состоянии металла.

– В нашей профессии очень важны исполнительность, сочетание профессионализма и моральных качеств, – убежден Евгений. – Нельзя обнаружить дефект и махнуть на него рукой. Приведу пример. Однажды к нам пришел пароход из Одессы. В его корме – дыра на дыре, выбоины замазаны цементом, судно чуть не затонуло. Однако по документам корабль перед выходом в море прошел на Украине полное освидетельствование. Получается, освидетельствование, проведенное за границей, необходимо перепроверять. Были случаи, когда иностранные корабли просто разваливались в море…

В помощь экспертам и дефектоскопистам уже изобрели роботов. Они работают, например, в питерских доках. Делая замеры, робот ползает, присосавшись, по корпусу, «добывает» нужные цифры. На «Красной Кузнице» таких помощников пока нет. Вся надежда на ответственных профессионалов. Таких, как Евгений Василенко.

Главное за неделю

Перейти ко всем новостям за 26 сентября 2014 г.