Щи да каша – пища наша: вот формула, которая позволит выжить человечеству

Гостем редакции стала доктор медицинских наук, профессор, заведующая кафедрой педиатрии, проректор по научно-инновационной работе Северного государственного медицинского университета, врач-эндокринолог, педиатр Светлана Малявская.

Она ответила на вопросы собеседников, рассказала о научной работе, дала рекомендации северянам, касающиеся сохранения здоровья.

— Я учу и сама постоянно учусь, — начала разговор наша собеседница. – Не оставляю и практическую медицину.

— Светлана Ивановна, какими разделами эндокринологии занимаетесь?

— Это метаболические нарушения, которые лежат в основе формирования основных заболеваний, распространенных у нас, в том числе сердечно-сосудистых. Много лет изучаю метаболический инсулинорезистентный синдром – состояние, которое широко распространено в популяции – до 50 процентов.

Инсулинорезистентность – нечувствительность или сниженная чувствительность клеток организма к инсулину, основному гормону, который регулирует обмен веществ. Инсулинорезистентность очень выгодна для генетического выживания человечества и является несомненным достижением генетической эволюции. Живя в условиях дефицита калорий, тот наш далекий предок, который умел запасать жир, выживал.

Жиронакопительный ответ как положительный закрепился в генах и сохранился эволюционно. Но примерно 150 лет назад все начало меняться: питание стало обильным, оно может храниться, консервироваться, доставляться с континента на континент. Оно утратило свою натуральную сущность. Поэтому сейчас в условиях изобилия и химизации продуктов, часть которых токсична, инсулинорезистентность на фоне избытка калорий способствует формированию широкого круга заболеваний: сердечно-сосудистых, атеросклероза, осложненного инфарктами и инсультами, ишемической болезни сердца – тоже проявления атеросклероза, артериальной гипертензии, сахарного диабета второго типа, избыточной массы тела, ожирения, подагры.

Я, как педиатр, занимаюсь ранними проявлениями этих заболеваний, выявлением метаболических предпосылок для формирования патологии. У нас достигнуты определенные результаты, значимые для российской педиатрии, существует архангельская школа эндокринологов, изучающих метаболический синдром. Мы нередко выступаем в качестве экспертов на российском уровне. Говорим, что метаболический синдром можно выявить достаточно рано, соответственно, профилактические мероприятия надо проводить на доклиническом уровне, до развития заболевания.

Те, кто их проводит, имеют огромное преимущество.

— Расскажите о профилактических мероприятиях.

— Это, прежде всего, правильное питание, движение и профилактика стрессов.

— Сейчас заболевания щитовидной железы – не редкость…

— И это тоже сфера моих научных интересов. Щитовидная железа – основной орган роста и развития. Выявление нарушения ее функции на ранних стадиях позволяет предупреждать заболевания. Занимаемся проблемой аутоиммунного тиреоидита, который связан с широким распространением инфекций.

— Сахарный диабет – большая проблема современности.

— 14 ноября отмечался Всемирный день борьбы с сахарным диабетом. В этот день, день рождения Фредерика Бантинга, лауреата Нобелевской премии, человечество благодарит всех врачей, так или иначе причастных к решению проблемы лечения сахарного диабета первого типа. Бантинг — канадский патофизиолог, его друг погиб от сахарного диабета первого типа, напомню, что до 1921 года это заболевание считалось неизлечимым.

Ученые понимали, что для лечения больных с диабетом нужно вещество для замещения того, которого не хватает в организме. Бантинг со студентом пятого курса Чарльзом Бестом, получившим право работать с ним, так как хорошо знал лабораторное дело и лучше всех делал анализ, позволявший определить уровень глюкозы в моче больных, приступили к делу.

Эти исследователи в лаборатории университета Торонто получили инсулин в чистом виде сначала от собак, коров, проводя сложные эксперименты. Вводили его собакам, у которых был искусственно вызван сахарный диабет первого типа. Результат оказался потрясающим. В клинической практике инсулин тоже помог: его ввели четырнадцатилетнему подростку, погибавшему от диабета. Осложнения, конечно, возникли, но сахар в крови пациента снизился.

После этого группа из четырех ученых снова продолжила работу и сумела очистить инсулин. Подростку, о котором шла речь, продолжили введение инсулина. Он прожил 27 лет, стал экономистом. Умер от пневмонии (в эпоху до антибиотиков).

Промышленное производство инсулина тогда наладить оказалось непросто, ведь тот проект требовал больших инвестиций, тем не менее со временем это стало возможно.

Надо отметить особо, что Бантинг и Бест, прежде чем ввести первый инсулин пациенту, ввели его себе. Инъекцию они перенесли хорошо, резкого снижения уровня глюкозы не последовало, так как они были здоровы. Это стало третьей фазой клинических испытаний, говоря современным языком, на людях.

Бантинг и Бест получили Нобелевскую премию. А вообще около молекулы инсулина четыре таких награды. Это очень важный гормон. Его при первом типе диабета мало, а при метаболическом синдроме много. И то и другое плохо. Должна быть норма.

В день борьбы с диабетом я читала лекцию на эту тему. А в Архангельской областной клинической больнице, где работает Мария Старцева, главный эндокринолог области, занимающийся взрослыми пациентами, в этот день проходила конференция, посвященная диабету.

Выходим и с образовательными лекциями к детям. Напомню, что Архангельская областная детская клиническая больница – лидер детского здравоохранения на Севере, где лечат юных пациентов, страдающих эндокринными заболеваниями, в том числе и сахарным диабетом.

— Специалисты, работающие там, — выпускники нашего медицинского вуза?

— Раньше, до появления областной детской больницы, педиатров готовили на лечебном факультете. Город очень нуждался в современной многопрофильной детской больнице. В течение трех лет профессора Валерий Александрович Кудрявцев, Мария Владимировна Пиккель и Геннадий Степанович Щуров вели переписку с министерством о создании педиатрического факультета. В результате появившаяся областная больница предопределила создание педиатрического факультета. С того времени ОДКБ и педиатрические кафедры работают как единый научный лечебно-образовательный комплекс. Конечно, для реализации многих идей нужна поддержка. Сейчас здесь работают самые опытные специалисты нашей области.

— Чему посвящены ваши диссертационные работы?

— «Метаболический синдром у детей и подростков Архангельской области: распространенность, факторы риска, исходы». Если конкретизировать, есть состояние, связанное с избытком мужских половых гормонов у женщин, – поликистоз яичников.

Компоненты метаболического синдрома появляются у них раньше и встречаются с повышенной частотой. Я начинала вести этих девочек в клинике и обобщила данные в кандидатской диссертации. А спустя десять лет, проследив динамику развития симптомов и исходов, все суммировала в докторской диссертации. В нее вошли данные, касающиеся достаточно большой контрольной группы – порядка полутора тысяч человек. Это позволило судить о распространенности компонентов метаболического синдрома среди детей Архангельска.

— Вы сочетаете преподавательскую, научную и лечебную деятельность…

— Одно другому помогает. Даже университетские научные проекты с позиции эндокринолога позволяют подходить к планированию с системной точки зрения.

Веду консультативные приемы в поликлинике ОДКБ, есть консультации на кафедре, утренние обсуждения с врачами-специалистами сложных случаев.

У нас на кафедре проходит постдипломное обучение врачей и клинические разборы сложных случаев.

— Светлана Ивановна, расскажите об изучении витамина D.

— Достижение коллектива нашей кафедры в последнее время – работа, посвященная его дефициту. Занимаемся этим давно, уже накоплен большой опыт. Нас позвали в известный «Родничок» — широкомасштабное исследование распространенности дефицита витамина D у детей России, проживающих в разных поясах.

Идеей стало сравнить дефицит витамина D у детей Нарьян-Мара, Архангельска, Москвы, Казани, Владивостока. Отмечу, что во Владивостоке солнечные дни почти постоянно, как и в Ставрополе.

Напомню, раньше считалось, что витамин D формирует здоровье кости, от его уровня в организме зависит возможность возникновения остеопороза у взрослых и рахита у детей. По разным причинам в России лет 20-30 изучением проблем, связанных с витамином D, не занимались. Европа и Америка интенсивно изучали влияние дефицита этого витамина на формирование различных заболеваний. Оказалось, что он – эпигенитический фактор, действующий на ядро клетки, он заставляет синтезировать белки, которые необходимы организму. Считается, что онкологические эффекты, сахарный диабет, рассеянный склероз, аутизм и другие заболевания связаны с нарушением этих процессов.

— Как определили нормальное его содержание в организме?

— Это делали на умерших здоровых людях. Тот уровень витамина D, при котором не было заболеваний костей и повышенного уровня паратиреоидного гормона – гормона паращитовидной железы – тоже органа эндокринной системы, он считался нормальным.

«Родничок» взял норму и посмотрел, какова ситуация с содержанием витамина D в организме жителей России. Получили результаты. Выявился поголовный дефицит этого витамина у детей. Это и понятно, ведь Россия – страна холодная, обращенная к Арктике.

— И все же поморы выживали…

— Они – умудренные жизненным опытом. В их рационе всегда присутствовали омега-3 жирные кислоты. Поморы ели растительную пищу, рыбу, мясо. А еще ягоды – шедевр северной природы, которые за короткое лето способны накопить в себе множество микроэлементов.

Ожидалось, что на Севере будет повальное снижение содержание витамина D. Но архангельские педиатры оказались в лидерах, они назначали детям этот витамин регулярно, поэтому выраженного дефицита не обнаружилось. Самой плохой оказалась ситуация в Ставрополе и Владивостоке – теплых, солнечных городах. Дело в том, что если не постоянно бывать на улице в ясную погоду, то эритемную дозу солнечного излучения получить трудно. А ведь даже в Сочи пять бессолнечных месяцев в году.

Поэтому витамин D можно наесть или назагорать. У нас на Севере его можно наесть, хорошо, что поморы хранят традиции питания предков.

Так «Родничок» отработал первую часть проекта. Вторая часть касалась отработки доз препарата, которые надо давать детям.

Наша кафедра планирует расширить исследования: изучать дефицит витамина D при различных заболеваниях. Сейчас мы занимаемся изучением хронического бессимптомного системного воспаления. Оно внешне не проявляется, и выявить его можно только лабораторно. Это воспаление небезопасно, так как поражает сосуды и вызывает много заболеваний.

Еще наша тема – витамин D и ускоренное старение. Известно, что стареть мы начинаем с момента рождения. Расцвет происходит примерно в 15 лет. С 21 года все системы начинают постепенно стариться. Так было задумано эволюционно. Старение – это фиброзирование – скованность, малоподвижность, в том числе и сосудов. Они становятся плотными в результате определенных биохимических процессов, которыми мы сейчас и занимаемся. Это нужно для разработки методик, позволяющих избежать негативного влияния на организм факторов проживания на Севере.

— Тема правильного питания всегда оставалась важной.

— Да. Сейчас питание изменилось, особенно в последние сто лет. Человек ест то, что для него генетически не предусмотрено. Колоссальный вред здоровью наносят токсические продукты. Это пластификаты, красители, загустители, консерванты. Самый большой вред несут трансжиры: маргарин – растительное масло, которое прошло гидрогенизацию через водород, то есть из жидкого стадо твердым и его можно намазать на хлеб. Маскируется и под растительное масло. Если в него внести какие-то вкусовые добавки, то оно напоминает приличный продукт. Он вреден потому, что воспринимается организмом как чужеродное вещество. А на любое такое вещество возникают воспалительные, аллергические реакции. Напомню, что растительные жиры при жарке окисляются.

Трансжиры могут быть везде: в кондитерских изделиях, спредах. Надо сменить растительное масло. Хорошее – оливковое, льняное, амарантовое. В России всегда использовали и конопляное.

Второе, что нам вредит, — промышленно переработанные продукты: красное мясо – колбасы. Надо помнить, что щи да каша – пища наша. Это формула, которая позволит человечеству выжить. Надо возвращаться к еде предков – пареному, тушеному, большому количеству овощей, рыбе, мясу, ягодам.

Из рациона следует убрать избыток сахара. Надо есть изделия из цельнозерновой муки. Чем мука белее, тем вреднее, ведь из нее убраны все питательные вещества. Полезна рыба холодных морей – самый богатый источник омега-3 жирных кислот. Это делает человека здоровым, сильным, умным, редко болеющим, повышает его работоспособность. Соотношение омега-3 и омега-6 жирных кислот должно быть с преобладанием омега-3. Именно это соотношение и определяет полезность масла. Все это отображено в многочисленном доступном справочном материале.

— Состояние здоровья зависит и от других факторов…

— Качественная еда позволяет поддерживать правильный обмен веществ – гомеостаз. Силы, направленные на разрушение, равны силам, способным сделать нас здоровыми. Последние должны доминировать.

Чтобы быть здоровым, надо высыпаться, не тратить много времени на гаджеты, дети должны читать книги, чтобы вырасти людьми, которые умеют думать.

Важно движение. Оно должно приносить радость, чтобы все мышцы пели и вырабатывались гормоны.

О питании мы уже сказали, но необходимы к нему и добавки – йод, ведь мы живем в йоддефицитной местности, витамин D, омега-3 жирные кислоты, магний при стрессе. Антиоксиданты – овощи, фрукты, ягоды. Те, что фиолетовой окраски, – содержат очень мощный антиоксидант, предотвращающий онкологические заболевания, раннее старение. Не зря есть предания, что умирающий помор, съев полведра морошки, стал здоровым.

Полезно желчегонное питание: трава на завтрак, чтобы начался отток желчи. Есть энтеросорбенты – альгинаты.

Нужны и поливитамины. Все, продаваемые в нашей стране, хороши. Если человек – фанат здорового питания и берет все необходимое из него, то можно остановиться и на этом, не прибегая к поливитаминным комплексам.

То есть противостоять вредным факторам окружающей среды можно, только повышая собственные ресурсы.

Напомню о важности забытого. Педиатры советского времени всегда рекомендовали детей закаливать, назначали им витамины.

— Светлана Ивановна, расскажите о сотрудничестве СГМУ с различными научными учреждениями.

— С момента появления кафедры педиатрии было создано общество педиатров. И сейчас мы делаем все, чтобы его работа шла на должном уровне. Организуем научные конференции на актуальные темы, приглашаем опытных специалистов, профессионалов. Например, одна из конференций посвящалась нефрологии, где читали доклады ученые из Санкт-Петербурга. А вообще темы разные: диететика, витамины, заболевания, микробиом, интеллект…

— Арктическая медицина – очень важное направление работы.

— Специфику определило местонахождение вуза. Арктическая медицина – это тоже изучение адаптации, противостояния негативным факторам внешней среды, наносящим ущерб здоровью. Раньше это были одежда, жилище, еда. Сейчас мы живем в комфортных условиях. Наши предки сумели приспособить условия среды для себя.

— В нашем медуниверситете есть свой научный журнал?

— Да. «Экология человека». Он создан давно. У него уникальная специальность – здесь опубликованы материалы о том, что формирует здоровье человека в арктических условиях. Одна треть – наши материалы, остальные предоставляют ученые со всей России. Рубрики разные. Это подписное издание. Мы им очень гордимся и дорожим.

— Как СГМУ участвует в реализации нацпроекта «Здравоохранение»?

— Мы готовим кадры: обучаем студентов и занимаемся постдипломным образованием врачей.

— В каких проектах участвуете еще?

— В федеральных – планируем продолжить работу, связанную с изучением витамина D, его влиянием на состояние здоровья северных детей. Федеральное госзадание – питание детей, добавки в питании, адаптация к условиям жизни, гипоксия – дефицит кислорода, который изучался у нас давно.

— На кафедре педиатрии занимались и метаболитами. Это сейчас продолжается?

— Работа видоизменилась. Теперь изучаем метаболический синдром и выявляем дефициты, которые формируют нездоровье.

— Ваши разработки доступны практическим врачам?

— Конечно. Это монографии. Например, по результатам исследования витамина D создано национальное руководство «Недостаточность витамина D и способы ее ликвидации».

Выезжаем в разные города для проведения конференций. У нас в университете есть традиция – проводить Войно-Ясенецкие чтения. Они проходят в разных городах – Котласе, Красноборске, Северодвинске… Во время конференций осматриваем детей со сложной патологией.