Поиск себя в творчестве и творчества в себе: в Архангельске представили спектакль «Глубина резкости»

Этот проект стал результатом работы театра танца «М’Аrt». Режиссером и хореографом выступила его руководитель Анастасия Змывалова. Премьера состоялась на сцене Архангельского театра драмы.

Для широкого зрителя нашего города пластические спектакли – редкое явление. Они, в первую очередь, привлекают узкое, можно сказать, профессиональное сообщество.           

Показы проходят на разных площадках города. Одной из них традиционно выступает областной театр драмы, на сцене которого в рамках проекта «Поле эксперимента» были представлены спектакли «Гадкий утенок» и «Если…», где Анастасия Змывалова выступала в качестве хореографа. Недавно стало известно, что постановка «Если…» вошла в лонг-лист национальной премии «Золотая Маска – 2023» как самый заметный спектакль театрального сезона 2021/22, что говорит о ее признании со стороны сообщества профессиональных театральных критиков.

Не так давно открыть этот вид искусства широкому зрителю решил директор Архдрамы Сергей Самодов, который вместе с хореографами Дмитрием Мельниковым и Сусанной Воюшиной возродил фестиваль современного танца и перформанса «Прикосновение», проходивший в Архангельске с 2003 по 2007 год. Спустя 15 лет в октябре он состоялся вновь.

Помимо спектаклей для неподготовленных зрителей была организована образовательная программа, в рамках которой прошли лекции, посвященные современному танцу, истории его развития. Также желающие зрители после просмотра спектаклей имели возможность обсудить увиденное с профессиональным балетным критиком и поделиться впечатлениями с труппой.

«Глубина резкости» еще один спектакль Анастасии Змываловой и ее творческого коллектива. Проект был реализован при финансовой поддержке Министерства культуры Российской Федерации. Танцевальная команда впервые получила грант «Российского фонда культуры» на постановку своего спектакля.

Еще одним новшеством для коллектива стал материал, который был взят за основу при работе над постановкой. Анастасия Змывалова показала свою версию повести Николая Гоголя «Портрет», которая стала отправной точкой в развитии сценической истории.

Бедный молодой художник покупает искусно написанную картину – портрет старика. Она оказалась необычной и начинает искушать художника, поставив перед ним выбор – богатство или талант. В версии Гоголя художник выбирает первое, что приводит к трагическим событиям…

Современный танец – как и в целом современное искусство – дает простор для фантазии зрителей, предлагая им проинтерпретировать увиденное на сцене самостоятельно. Такая же свобода в интерпретации первоисточника есть и у создателей спектаклей. Ни у кого никаких обязательств друг перед другом нет: одни могут ставить любое произведение, как хотят, а другие – понимать, как хотят.

Еще одна важная особенность современного танца – исполнители не играют своих персонажей. На сцене они должны быть самими собой, а не своими героями. Это добавляет танцу отстраненности. Танцовщики «играют» танцовщиков, которые на глазах у зрителей примеряют на себя предложенные им образы.

Вот и Леонид Федорушков – исполнитель роли художника – впервые появляется перед зрителями в луче софита, высвечивающем его на фоне черной сцены. Сам он тоже весь в черном – брюках и рубашке, от природы пышные длинные волосы забраны назад.

В этом луче света он одинок, потерян. Двигаясь хаотично, бессистемно, он пытается поймать ритм, который позволит ему начать творить, войти в творческий поток.

В какой-то момент на сцене появляются еще семь танцовщиков. В них можно узнать идеи, образы, готовые найти свое отражение в произведениях творца – в его картинах. Художника настигает вдохновение. Леонид Федорушков распускает волосы, что делает его самого похожим на героя произведения искусства – Витрувианского человека Леонардо да Винчи.

В парном взаимодействии танцовщиков улавливается сплетение неожиданно нахлынувших на героя идей, с каждый из которых он пытается выстроить особые отношения – отделить одну от другой, не дав им перепутаться.

Но вот эйфория проходит, и эти же самые идеи оставляют его наедине с самим собой и своими мыслями. Визуально в спектакле это показано кубом, обтянутым белой эластичной тканью, надетым на голову художника. Он пытается освободиться от внешнего ограничителя, но мы видим только проступающие сквозь ткань черты его лица, что можно понять как потерю авторского почерка.

 Этот кризис сменяется другим. Освободившись от ограничивающих мыслей, художник попадает во власть своих идей. Они управляют им, помещая его в металлическую конструкцию в его рост. Сцена заливается красным светом. Борьба художника со своими же страхами, комплексами, сомнениями заканчивается его выходом за установленные рамки.

Последняя битва художника с продуктами своего творчества состоялась, когда они в буквальном смысле завалили его своими формами – скорее всего придуманными для них самим художником. Пожалуй, это испытание стало для него самым тяжелым. Бесконечно падая под их тяжестью, но всегда поднимаясь, он окончательно отделяет себя от придуманных образов и заставляет их самих вернуться в рамки.

Эмоциональное состояние главного героя выражалось в движениях танцовщиков. Когда они овладевали им, брали над ним верх, в каждом чувствовалась уверенность и властность. Когда же психологический перевес был на стороне художника, проявлялась их пугливость.

Победа осталась за художником: он уходит со сцены свободным. Он смог обуздать своих демонов. На этом его история закончилась, но не закончился спектакль.

Вставным номером выглядело «голосование», вынесенное хореографом спектакля как ключевой вопрос постановки. Исполнители белые футболки, специально одетые для этого номера поверх нейтральных костюмов, оставляли под двумя появившимися на стене надписями: «богатство» и «талант». Предсказуемо подавляющее большинство предпочло талант богатству, лишив зрителей возможности поразмышлять самостоятельно над этим вопросом, ответить на него под впечатлением от просмотра спектакля. Вместо этого нам предложили конкретный вариант ответа, который, вероятно, у нас должен был в конце сложиться.

Но причем же здесь глубина резкости – термин из фотоискусства, вынесенный в название постановки? По словам Анастасии Змываловой, она хотела подчеркнуть глубину резкости человеческой жизни, мерой измерения которой является талант.

Здесь есть место и другому толкованию. Возможно, глубиной резкости для творческого человека является осознание, что его жизнь не равна его творчеству. Что необходимо отделять реальную жизнь от виртуальной, придуманной в своей голове. Именно тогда творец будет четче видеть границы своих возможностей.

Александра Кокорина, фото Ивана Давыдова.

Главное за неделю

Перейти ко всем новостям за 20 ноября 2022 г.