Наше всё в интерьере обыденности: в Архдраме представили новый спектакль «Спасти камер-юнкера Пушкина»

В Архангельском областном театре драмы премьера. «Спасти камер-юнкера Пушкина» – ни больше и ни меньше – предлагают драматург Михаил Хейфец и главный режиссер театра Андрей Тимошенко. Премьеры, анонсированные региональным министерством культуры, состоялись 25 и 26 февраля. А накануне – предпремьерный показ.

О том, что Александр Сергеевич наше все, было повторено уже тысячи раз. Кто в России не любит Пушкина?

Оказывается, есть такие – например, герой спектакля  – вполне заурядный советский и российский гражданин Михаил Питунин. Однако невзлюбил он русского гения вовсе не по причине собственной отсталости и зловредности.

Виной – формализм, казенщина-юбилейщина, лошадиные дозы «любви к классику», которые впрыскивают в сознание детей и юношества воспитательница детсада, учительница в школе, даже армейский замполит. Но если что-то даже великое усиленно навязывать, возникает реакция отторжения.

И вот перекормленный Пушкинианой детсадовец бросает в лицо воспитательнице: лучше бы поэта раньше убили! Дворовая компания распевает под гитару похабную пародию на «Евгения Онегина», а потом все тот же Миша Питунин нагло пересказывает услышанное учительнице.

В армии, вместо того чтобы торжественно декламировать «Во глубине сибирских руд…», боец Питунин рассказывает призванным из Средней Азии сослуживцам о донжуанских похождениях поэта, заработав от них аплодисменты, а от командования – десять суток ареста.

Маленького человека усиленно приобщают к классическому наследию. И он отчаянно стучит ножками: «Не хочу Пушкина, надоело!» Кто в раннем детстве не капризничал: не желаю каши (простокваши, рыбьего жира), а в зрелые годы, насытившись самыми экзотическими блюдами и заработав кучу болячек из-за нерационального питания, понял необходимость простой и здоровой пищи.

Вот так же и с духовной пищей: насладившись творениями самых авангардных писателей (зачастую прикрывающих словесными изысками пустоту), начинаешь понимать мудрую простоту гения.

Понимание, что Пушкин велик и вечен, к Михаилу приходит не сразу, и, как нетрудно догадаться, с первой любовью героя. А потом Михаил начинает изучать биографию классика № 1 отечественной словесности, в особенности – роковую дуэль и то, что ей предшествовало.

Разумеется, не без элементов конспирологии: например, о том, что Пушкина погубили масоны (помнится, один советский поэт, ныне позабытый, целую поэму этому то ли факту, то ли фейку посвятил). «Можно ли было спасти Александра Сергеевича?» –  размышляет Михаил, строя в памяти десятки вариантов счастливого спасения гения. Если бы дуэль сорвалась…

Например, дорогу экипажу перебежал заяц, а Пушкин был весьма суеверен и повернул бы назад? Или кто-то застрелил Дантеса задолго до рокового поединка на Черной речке? И Михаил изучает подробности других дуэлей с участием поэта и… представляет себя в тот трагический день и час заслоняющим грудью Пушкина.

Вот и девушка дарит ему рисунок, на котором смертельно раненный Михаил Питунин целится в Дантеса. Как не вспомнить известную строчку Владимира Высоцкого: «Я не успел произнести: «К барьеру!» А я за залп в Дантеса все отдам». Так в жизнь самого заурядного человека вторгается великая литература.

Тема «Пушкин и современный человек» затрагивалась в искусстве уже не раз. Можно вспомнить вышедший на экраны в конце 1980-х фильм «Бакенбарды», герои которого навязывают гражданам личность и творчество гения в совсем уж гротесковой и агрессивной форме. И в спектакле есть некоторая перекличка с фильмом: бандиты-крышеватели, бывшие одноклассники Михаила, требуют от продавцов книг на стихийных рынках девяностых, чтобы у тех в ассортименте непременно были произведения Пушкина… иначе на счетчик поставят!

Пушкинская муза живет, несмотря на то что казенщина и формализм убивают живой интерес к ней. Каждая пафосная, но без душевного тепла речь о нашем всем – это очередной выстрел в гения… к счастью, в его картонную фигуру, подменяющую личность. Закаменевший и безжизненный титул великого русского поэта ничем не лучше камер-юнкерского чина, пожалованного царем.

С другой стороны, согласно Табели о рангах все правильно: нельзя сразу шагнуть в камергеры, как прыгнуть из подпоручиков в майоры, минуя промежуточные карьерные ступени. Так что по форме все правильно, а по существу-то издевательство.

Почитание Александра Сергеевича не нужно превращать в культ, в набор бюрократических ритуалов. И это актуально не только в отношении Пушкина. Вспомним, сколько в Архангельске объектов имени Ломоносова: от того же драмтеатра, вуза и проспекта до напитков с градусами и без. В нынешнем году исполняется 310 лет со дня рождения великого земляка, не переборщить бы и тут с почитанием гения.

Хочется отметить прекрасную игру Михаила Кузьмина, изобразившего превращение пушкинофоба Питунина, в пушкинофила.

У Нины Няниковой целый калейдоскоп ролей: от матери главного героя до торговца книгами и секунданта на дуэли, от пэтэушницы до Натальи Гончаровой: десять персонажей, десять перевоплощений. Действо проходит под музыку популярной в перестроечные годы группы «АукцЫон».

– Вместе с главным героем спектакля зритель ищет ответы на вопросы, почему Пушкин так дорог русскому человеку и есть ли место Пушкину в будничной жизни, – озвучил идею пьесы режиссер Андрей Тимошенко.

Анатолий Беднов

Главное за неделю

Перейти ко всем новостям за 25 февраля 2021 г.