Мы поняли, что наш малыш особенный

ubm15 18 3 90aed

Квартира в обычной многоэтажке. Меня приветливо встретили домочадцы и красивый рыжий кот по кличке Мурзик. Паша, старший сын, о котором пойдет речь, с нескрываемым любопытством следил за всем происходящим. Когда сели пить чай, поинтересовался, неужели это о нем напишут в газете. Услышав утвердительный ответ, смущенно улыбнулся и отправился в свою комнату, сказав, что ему пора готовиться к урокам. Обычный мальчишка. Хитринка в искрящихся глазах. Добрая улыбка.

– Мы вместе с мужем 15 лет. Коренные архангелогородцы. У меня два образования – первое – среднее медицинское, второе – высшее педагогическое, училась в аспирантуре по физиологии человека, мой муж – госслужащий, – рассказала мама Мария Владимировна. – То, что у нас будет ребенок, я поняла, когда готовилась к последнему экзамену в вуз. Конечно, мы планировали детей, но несколько позже. Но раз так распорядилась природа, только обрадовались этому. К концу года обучения у нас родился Павел.

У мальчика была родовая травма, но медики сделали все, что было необходимо в таких случаях. Мама вспоминает, что сначала он рос обычным ребенком: нормальный сон, аппетит, говорить начал в год. Все шло нормально до полутора лет. Именно тогда Мария заметила, что с малышом что-то не так. Он резко начал терять навыки: перестал говорить, замечать родителей, часто просто крутился на месте. Мать показала сына психиатру, но специалист говорил, что ей все только кажется. Рекомендовали наблюдение. Когда мальчика в два с половиной года определили в детсад, картина стала ясна, он очень отличался от других детей.

Детский сад закончил без замечаний

Мария Владимировна обратилась в центр психологической помощи, где психолог за год сумела вывести ребенка на хороший уровень развития. Родители позитивные изменения заметили сразу. Они приняли решение о том, что мальчику надо посещать логопедическую группу детсада. Марии Некрасовой в реабилитации сына, несомненно, помогло ее образование.

– Родители других детей принимали Пашу позитивно, несмотря на то, что в его поведении были особенности. За это им очень благодарна, – продолжила моя собеседница. – Павел всегда оставался дружелюбным. Я старалась участвовать в жизни детсада. Стала председателем родительского комитета. Хотелось вкладывать больше хорошего в своего ребенка и других детей. Мне, конечно, помогали и мои родители. Детсад сын закончил без замечаний, правда, некоторые были у логопеда.

Диагноз поставили в школьном возрасте

Паша пошел в школу в семь лет, как и его сверстники. Начал учиться в городской школе № 50. Но адаптироваться мальчику к новым условиям оказалось непросто. Он словно ушел в себя. Хотя домашние задания выполнял, а значит, на занятиях воспринимал объяснения учителя. Дети, конечно, спрашивали, почему Паша не такой, как все. С первого класса ребята взяли его под свою опеку. Учили маршировать, вовремя брать ручку и писать… А через полгода и учитель заметила положительные перемены. С программой он справлялся, учился хорошо.

Конечно, и дома, и на занятиях такой ребенок многое видит и воспринимает не так, как все. Отсюда и особенности его реакции на окружающее. Мария Владимировна говорит, что у Павла сформировался определенный круг интересов. Например, он с раннего детства любит собирать что-то из деталей конструктора. Модели у него получаются действующими.

– Проанализировав все его особенности, я с каждым разом все больше убеждалась, что у сына аутистическое расстройство личности. Оно протекает у каждого по-своему, – отметила Мария Некрасова. – А мы ведь долго жили без диагноза. До того времени, пока у нас не открылся при областном психоневрологическом диспансере кабинет для детей с расстройствами психического развития. Записала сына на прием. Специалист провела необходимое тестирование и Паше поставили диагноз: расстройство аутистического спектра.

Преодоление идет ежедневно

Мальчик под контролем медиков и семьи продолжает развиваться, учится. Но срывы, увы, все же случаются. Для такого ребенка стрессом может стать многое: смена обстановки, незнакомые запахи, даже чье-то прикосновение…

Когда в шестом классе у Павла за четверть впервые в жизни вышла тройка по математике, он воспринял это как катастрофу. Мама решила попросить учителя позволить сыну написать контрольную еще раз. Не для того, чтобы оценку в четверти исправить, а чтобы он поверил в себя. Так и сделали. Результат оказался хорошим.

– В нашем классе Пашу воспринимают нормально, а вот в параллельных есть те, кто не прочь выяснять с ним отношения. Подростки. Им надо было видеть реакцию парня, очень бурную, да и во дворе его иногда могут подразнить, – посетовала Мария Владимировна. – После конфликта с ребятами Павла пришлось забрать из школы. Он снова стал плохо себя чувствовать, уроки не усваивал, просто опять рассыпался. Обратились к психиатру – нашему лечащему врачу. Тот рекомендовал перевести сына на домашнее обучение, назначил лечение.

Так прошло три четверти. Мальчик снова вернулся в школу. Все пошло нормально: ни истерик, ни конфликтов. Сейчас Павел семиклассник, учится без троек. Посещает бассейн и занимается бальными танцами в студии «Грация».

Проект стал совместным

Мария Некрасова рассказывает, что в 2016 году в Архангельске побывали гости из Германии. Эти люди занимаются благотворительностью. Они встретились с руководством школы № 43 и родителями, у детей которых выявлены расстройства аутистического характера.

– Мне показалось, что их волонтер похож на Санта-Клауса, очень добрый. Они сказали, что хотят сделать нашим детям праздник и пригласили в свою страну. Я в то время была членом общественной организации, помогающей детям-аутистам, «Ангел», – продолжила моя собеседница. – Поездка планировалась в октябре, но она не состоялась, ведь таких детей везти далеко от дома непросто. А в марте прошлого года я с сыном все же побывала в Германии. Группу ребят с родителями набрали, были и сопровождающие.

Синий мишка Петруша – символ помощи детям-аутистам в России. Фото: Ольга Бондаренко

Там гости из Архангельска ознакомились с системой оказания помощи людям с аутистическими особенностями. Вернувшись, мама Паши оставила работу, так как решила полностью посвятить себя социализации своего старшего сына и других детей с подобными особенностями. Она поняла, что помощь, которую оказывают таким семьям у нас, намного отстает от той, что за границей. Как правило, родители особенных детей остаются наедине с проблемой, решить которую им не по силам. Мария Владимировна говорит, что в Германии, например, к этим семьям прикрепляется соцработник, и если родители почему-то не справляются, то ребенка на время забирают в лучшие условия. Там ставят цель – социализировать человека. Люди с ментальными особенностями за границей работают, а у нас специалисты пока считают это неперспективным.

Мария показала несколько фотографий, сделанных на занятиях с детьми-аутистами в Германии. Вот они выдувают мыльные пузыри, работают с пеной для бритья, все это тоже оказывает лечебный эффект.

Возможно, семьи из Германии, где также есть дети-аутисты, побывают в Архангельске. Мария говорит, что совместный российско-германский проект только начинает реализовываться.

Судьбоносная идея

– Когда мы вернулись из Германии, у меня появилась мысль создать свою организацию, некоммерческую, которая бы помогала особенным детям. Я решила сопровождать их по жизни, как мне приходится вести своего старшего, – поделилась Мария Владимировна. – Опыт есть, ведь мне пришлось работать и в государственном центре, где занимаются особенными детьми. Специальные знания об этом получаю постоянно.

Возникшей идеей моя собеседница поделилась со своими родителями. Так появилась некоммерческая организация «Есть выход», в нее вошли Мария, ее мать и отец, кстати, врач по профессии. Цель новой НКО – не получать прибыль, а помогать людям: оказывать услуги семьям, где воспитываются дети, в том числе, инвалиды. Организацию зарегистрировали в октябре прошлого года. Проблемы случаются и в обычных семьях. Мария говорит, что если к ней кто-то обратится, она постарается помочь, чем может.

Но на реализацию идей нужны средства. НКО «Есть выход» поддерживает областное министерство социального развития. Сейчас некоммерческий сектор может стать поставщиком социальных услуг, поэтому организация, которой руководит Мария Некрасова, получает небольшую компенсацию расходов. Этого и хватает на ее содержание.

Планов развития недавно созданной некоммерческой организации немало. Конечно, для этого нужны помощники. Ими могут стать родители, педагоги, медики.

В рамках продолжения российско-германского проекта «Мир, открытый для всех», моя собеседница провела в школе № 43 открытый урок, посвященный детям-аутистам. Мария говорит, что в Германии этот проект тоже создан для некоммерческой организации, которой много помогает Церковь, но и государство имеет на него большое влияние и, конечно, не остаются в стороне благотворители. Их участие в таком деле – процесс естественный.

Мария Владимировна сейчас работает и как волонтер. Она курирует четырехлетнего малыша. В его состоянии уже наметилась положительная динамика. Он понемногу стал контактировать с ребятами. Для такого ребенка встать в хоровод и дать руку другому человеку – большое достижение. Стоит напомнить, что аутизм захватывает разные сферы – сенсорику, интеллект…

У Павла есть мечта

– Человек с аутизмом не лучше и не хуже других, он не опасен для окружающих, просто у него много особенностей, – продолжила Мария Некрасова. – Павел занимается танцами. У него есть девочка-партнерша Юля. Он ее воспринимает настолько позитивно, что переносит ее прикосновения, хотя это ему дается нелегко. Да и ответственность за другого человека так развивается лучше. За успешное выступление на городском конкурсе наша пара получила награду, что очень позитивно повлияло на сына. Радует, что у него сейчас хорошая успеваемость: в дневнике четверки и пятерки. Все это говорит о неплохой социализации.

У Павла есть друг Даня, он часто приходит к Некрасовым в гости, занимаются с Пашей конструктором, катаются на велосипедах.

Старший сын Некрасовых добрый, совсем не агрессивный. Он очень любит младшего брата Ярослава, которому четыре года. Сверстники Павла – 14-летние ребята – все же намного взрослее Паши, хотя воспринимают своего одноклассника позитивно. Больше проблем возникает с некоторыми людьми, неосторожное вмешательство которых иногда может сильно навредить особенному ребенку.

Моя собеседница говорит, что, помогая своему сыну и другим детям с особенностями, она развивается сама. Работа с такими ребятами стала ее призванием.

– Папа у нас отличный, я, мать двоих детей, так и не научилась их пеленать, а он делал это замечательно. В нем вижу свою поддержку, – поделилась Мария.

Когда наша беседа заканчивалась, оторвавшись от уроков, Павел вышел, чтобы сфотографироваться с мамой и братом для газеты. На мой вопрос о том, кем он хочет стать, немного подумав, ответил: «Я хочу быть президентом. И отменить все домашние задания». Вот такая мечта.