Как мы с Дедом Морозом в Арктику летали

 

Все равно что в космос слетать

Добраться до Земли Франца-Иосифа непросто. Нам покорить архипелаг удалось только с четвертого раза. Первые три мы с энтузиазмом отрабатывали старт – послушно загружались на огромный борт Ил-76, затаскивали свои камеры и рюкзаки, пограничники заносили ящики с фруктами и овощами для сослуживцев, шутили и ждали… 

Но так и не взлетали. Сначала по погодным условиям закрыли запасной аэродром, затем планы подпортили учения МВД и циклон, принесший ледяной дождь и нелетный прогноз на несколько дней. 

Погода в Арктике может меняться три раза за полчаса. И это не преувеличение. Добраться до ЗФИ – как в космос слетать. Можно долго тренироваться, мечтать об этом и стараться изо всех сил, а потом оказаться в экипаже дублеров. Хотя, конечно, в обоих случаях даже ожидание того стоит.

– Не зря летчику-испытателю Валерию Чкалову дали Звезду Героя Советского Союза за беспосадочный перелет через Северный полюс, – успокаивал нас организатор поездки полковник Тихон Голочалов. – Правда, летел он из Москвы, а потом в Ванкувер, но все же. Взлететь и посадить самолет в арктических широтах – ох как непросто.

А ведь наше путешествие и в четвертый раз чуть было не накрылось. Об этом сообщили, когда мы уже сидели на борту готовые к взлету. 

К слову, вместе с нами старта с нетерпением ждали еще около 150 строителей, которые стремились попасть к вечной мерзлоте, чтобы достроить военную базу 

«Арктический трилистник». По плану она должна появиться на Земле Александры к Новому году. Комплекс возводят в интересах Северного флота. В нем смогут разместиться более 100 человек. 

В декабре сообщали, что база готова на 95 процентов. Стройка идет без остановок круглые сутки. И, скорее всего, строителям поставили задачу – побыстрее завершить начатое, чтобы Верховный главнокомандующий смог принять работу в срок. Может, данный факт как-то повлиял, может быть, пилоты настояли или просто звезды удачно сошлись… Но Москва дала добро на взлет.

Он еще при Александре Македонском летал

В Арктику за три с половиной часа нас доставил огромный кит Ил-76 и его бывалый экипаж из Оренбурга под командованием майора Владимира Кузнецова. Он-то и разрешил журналистам понаблюдать за взлетом и посадкой из кабины пилотов.

– А сколько лет уже летает капитан? – спрашиваю я одного из членов команды, Александра Ляха.

– Много! Он еще при Александре Македонском начал, – отшучивается летчик.

Ощущения из кабины непередаваемые. Просто в голове не укладывается, как пять человек управляются со всем этим множеством кнопок, рычагов, приборов и датчиков. 

– Что это у вас тут за кнопки? – не унимаемся мы.

– Да я и сам уже не помню, – продолжает юморить пилот Александр Анатольевич.

Перед взлетом было немного нервно, а когда начали отрываться от земли и откуда-то зазвенел противный тревожный звонок – перехватило дух. Стараясь не шуметь, чтобы не отвлекать экипаж, я просто стояла с открытым от восторга и страха ртом. Когда мы поднялись над облаками, вспомнилась фраза: как бы ни было серо и пасмурно за твоим окном, знай – наверху всегда светит солнце.

Теперь я могу точно сказать – в кабине лететь гораздо спокойнее. Ведь ты своими глазами видишь, насколько уверены в себе пилоты, чувствуешь, как они расслаблены, что ли, но при этом собраны и держат все под контролем. А так мягко сажать самолет могут только первоклассные летчики. Любой гражданский боинг просто обзавидовался бы.

– Садиться страшнее, чем взлетать, – делимся мы впечатлениями после посадки с Владимиром Кузнецовым. – А вам бывает страшно?

– А мне когда страшно, я просто глаза закрываю, – улыбается майор.

У пилотов нашего борта Ил-76 есть традиция – собирать с тех, кого они перевозили, нашивки и вымпелы. Для них есть даже специальная стена почета. Сказали, что на ней даже знаки отличия из Донбасса и Ирака. А я подарила экипажу недавно полученный календарик с песцом от Национального парка «Русская Арктика», а пограничник Александр срезал с плеча свою нашивку. Их сразу же повесили к остальным. Теперь наши дары красуются сверху, а мы останемся в памяти.

Медовый месяц длиною в два года

Остров Земля Александры, на котором находится самая северная погранзастава России «Нагурское», встретил нас полярной ночью и снежной метелью с ветром 20 метров в секунду. К борту тут же подбежал начальник заставы Дмитрий Стенников. В белой арктической форме он чем-то напомнил мне сказочного песца. Мы быстро побросали вещи в вахтовку и двинулись к заставе.

Главной целью пограничников было поздравить личный состав погранзаставы с Новым годом и вручить подарки. Но, признаться честно, у меня были и свои интересы. На Земле Франца-Иосифа всегда мечтал побывать мой папа. Благодаря своей работе он уже объехал весь Север России. А вот с архипелагом пока не сложилось. Поэтому его мечту пришлось исполнять дочери! 

Вот почему моей маленькой целью было поставить на собственной карте покорения мира личный флажок в самой крайней точке по пути к Северному полюсу. Как все-таки невероятно ощущать, что ты стоишь на земле, где людей побывало меньше, чем где-либо вообще в мире. 

Символичной эта поездка была не только для меня. Наши Дед Мороз и Снегурочка – пограничники ФСБ Юлия и Александр Дедовы – тоже ждали взлета с замиранием сердца. Десять лет назад на острове прошел их медовый месяц длиною в два года. Ровно столько молодая жена замначальника погранзаставы терпела невзгоды военной службы мужа. Сейчас они вместе уже десять лет. Север крепко-накрепко скрепил их союз.

– В таких условиях очень хорошо проверяется человек, – говорит Юлия. – Понимаешь, что муж – твой лучший друг. 

А все остальные подружки – это так… Тогда на заставе было много жен. Мы все хорошо общались, было весело, часто устраивали праздники, много чего придумывали. 

А сколько баек рассказали нам Дед Мороз со Снегурочкой за те часы, что мы готовились к взлету! Потом на заставе нам даже удалось побывать в той самой квартире, где жили Дедовы. Александр сразу же по-хозяйски уселся в некогда любимое кресло в гостиной, а Юлия подошла к цветам на окне.

Определить новенького по чиху

Глядя в окно, сложно поверить, что бывает столько снега. Кстати, его здесь не чистят, а снимают слоями. Он настолько плотно наметается, что, даже если станцуешь лезгинку на сугробе высотой в четыре метра, тот не продавится ни на сантиметр. 

А еще снег здесь пилят, формирую кубы и растапливают, чтобы получить воду. 

А вода на Нагурской такая, что пить – не напиться, потому что ничего вредного в ней нет – почти чистый дистиллят. 

В воздухе вредного тоже ничего. Люди, живущие на погранзаставе, не болеют гриппом и ОРВИ. Микробы с вирусами просто не могут выжить в таких суровых условиях. 

– Если кто-нибудь чихнет, значит, новенький, – вспоминает Юлия. – А бывает, откроешь посылку с фруктами и овощами, а оттуда вылетает сонная муха. И все начинают за ней гоняться, чтобы она не принесла с собой никакой заразы. 

Из-за строителей на Земле Александры сейчас оживление. Вместе с ними здесь находится несколько сотен человек. В обычное время «жителей» не больше сотни – пограничники, ученые Национального парка «Русская Арктика» и рота радиолокационного отделения ПВО. Еще есть храм и почта, где летом в определенное время туристам могут погасить марки.

– Наши цели – обеспечивать поддержание флага Российской Федерации, – делится Дмитрий Стенников, – а также контролировать пребывание туристов и других гражданских лиц в пограничной зоне. Так как весь остров – это пограничная зона.

Сердце заставы – дизель-генератор

Что можно успеть на погранзаставе за полтора часа? Ведь именно столько пилоты выделили нам до старта в обратном направлении. Говорят, погода ухудшалась, и, если бы взлететь не удалось, могли бы зависнуть на ЗФИ до Нового года, а там, кто знает, может, и до февраля. 

Мы же удачно отделались – на обратном пути сели на дозаправку в поселке Высокий, что под Оленегорском и, переночевав в военном общежитии, очутились дома, в Архангельске.

Итого – на заставе мы успели поздравить бойцов, отведать невероятно вкусного армейского обеда с гречкой, курицей, супом и хлебом собственного производства, а еще оббежать все самые важные точки.

– Хотим пожелать, чтобы сердце вашей заставы всегда билось, чтобы по ее жилам текла горячая вода, мозг знал куда, какую таблетку положить в ее организм, – поздравил пограничников Дед Мороз Александр Дедов. – Ну и, конечно же, здоровья – это самое главное в таких суровых условиях за полярным кругом. 

А Снегурочка пожелала, чтобы на заставе было побольше жен и детишек. Для малышей тут даже есть небольшая детская площадка, в зеленой зоне отдыха – атриуме.

Кстати, сердце заставы – дизель-генератор. Если он ломается – катастрофа. И кто бы чем не был занят, вне зависимости от знаний и умений, бежит его чинить. Правда, такие ЧП случаются крайне редко. Вообще, в случае чрезвычайной ситуации застава может автономно просуществовать полтора года. И еще – все техника здесь, начиная от снегоуборщиков и машин для перевозки бойцов и грузов до снегоходов и прочего, – отечественная.

Особенно мне запомнился вольер с двумя щенками среднеазиатской овчарки, алабая. Хотя щенками их сложно назвать – здоровенные псы, с меня ростом, если встанут на задние лапы. А вырастут они еще больше и будут весить 50–60 килограмм. Сюда их привезли совсем недавно, сейчас они проходят акклиматизацию. А так – собаки живут на улице, безо всяких будок.

Вообще, собак на заставе много. Их задача – предупредить пограничника о том, что приближается медведь. Как объяснил Дмитрий Стенников, их этому не учат. Когда собака обживается на своей территории, она сама начинает охранять ее от посторонних.

Я заразилась любовью

Среди пограничников есть и такие, кто служит на заставе по восемь и десять лет. С нами своими впечатлениями поделился военнослужащий Сергей, который отслужил на архипелаге свои первые девять месяцев.

– Сам я родом из Архангельска, работал строителем. Потом решил служить. Сюда не просился, направили. Я ни о чем не жалею. Служить нравится, коллектив очень сплоченный, все помогают, подсказывают, как учителя. Поначалу режим сильно сбивался – полгода полная темнота, полярная ночь, а в полярный день солнце круглые сутки стоит над горизонтом. Из еды есть абсолютно все – и фрукты, и овощи. Очень хотелось увидеть белого медведя – удалось. Дома ждет семья, коллеги по старой работе, друзья и любимая девушка, сюда она пока не готова переехать. 

Говорят, Север манит. Арктика манит еще больше. Вот и я заразилась этой опасной болезнью – любовью к Земле Франца-Иосифа. Поэтому, надеюсь, когда-нибудь еще потопчу вечную мерзлоту нашего близкого и такого труднодоступного архипелага. А пока остается лишь пересматривать фотографии.

Пограничники 2 a3e6b

Военнослужащие, живущие на заставе. Фото: Яна Даценко

Комментарий
Игорь Орлов, губернатор Архангельской области:

– Нужно проработать вопрос о возможности распространения мер государственной поддержки коренных малочисленных народов России на население сухопутных территорий Арктической зоны РФ. Особый статус даст право на приоритетное пользование природными ресурсами, а также субсидирование регионов из федерального бюджета. Но для этого в перечень мест традиционного проживания и хозяйственной деятельности коренных малочисленных народов Севера, Сибири и Дальнего Востока необходимо внести Мезенский, Лешуконский, Пинежский и Приморский районы. 

Сегодня Архангельская область в перечень не включена, хотя на ее территории живут ненцы, вепсы и ханты: они веками ведут устоявшийся образ жизни, связанный с морем, охотой и земледелием. 

Необходимо также разработать особый порядок безвизового режима для иностранных участников круизных и экспедиционных программ в Арктической зоне и Дальневосточном округе на срок до 14 дней. Кроме того, мы бы хотели выступить с инициативой использовать военную инфраструктуру на острове Земля Александры для приема воздушных судов с туристами.

Главное за неделю

Перейти ко всем новостям за 4 января 2016 г.